Источник: Moscow Government – Правительства Москвы –
Важный отказ от ответственности находится в нижней части этой статьи.
В самом центре Москвы, на улице Чаплыгина, расположена историческая сцена Театра Олега Табакова — место, где 34 года назад произошло событие, определившее судьбу целой театральной эпохи. Тогда, в 1992‑м, режиссерский дебют Владимира Машкова и главная роль Евгения Миронова в «Звездном часе по местному времени» стали легендой. Сегодня спектакль возвращается — и вновь как режиссерский дебют. За постановку взялся Владислав Миллер — актер труппы, родившийся через семь лет после премьеры, в 1999 году. Случайно ли, что обе постановки стали стартом режиссерских карьер, или это символическая передача эстафеты от одного поколения театральных мастеров другому? Что увидят зрители, пришедшие на премьеру, и почему случайная фраза «Уезжаю я» превращает обычного человека в звезду?
Сюжет начинается с детства
Помните, как в детстве вы приходили к другу, чтобы вместе пойти играть, а его не пускала мама, потому что не все дела сделаны? С похожего ощущения начинается «Звездный час по местному времени», только здесь все взрослые — главный герой Коля и его друг Федя с женой Валей (у Вали, как нетрудно догадаться, «задача» мамы). Мужчины, чтобы уйти из дома вечером, могут придумать многое — даже историю про несуществующую поездку на Дальний Восток.
Режиссер разворачивает сюжет из этой бытовой, почти анекдотичной ситуации. Даже если вы сами в такую не попадали, то наверняка знаете того, у кого подобный опыт был. А дальше вступают детали, и на них Владислав Миллер не скупится.
Первая сцена — Федя и Коля пьют чай. До того, как ложь будет озвучена, зритель видит легкую неловкость, иронию и напряжение. Герои помешивают чай, бренча ложкой о стенки чашки: звук становится почти музыкальной темой, предвестником перемен. И как же они радуются, когда Коля наконец произносит заветное «Уезжаю я», а Валя, поверив, наливает напиток покрепче. Шалость удалась, но именно с этого момента события набирают обороты. Фраза «Пока ты здесь, тебя вроде как нет, а когда уезжаешь — ты вроде как есть» прозвучит позже и станет ключом к пониманию всего спектакля. Внешне легкая комедийная история оборачивается неожиданной глубиной: режиссер через бытовую зарисовку говорит о том, как мы не замечаем друг друга в повседневности и как внезапно становимся важными, когда собираемся исчезнуть.
Соседи несут на проводы Коли угощения, телевизор и даже видеокамеру, чтобы запечатлеть домашнее застолье перед дорогой. Каждая деталь работает: даже велосипед у забора, и пакет, который Валя стирает и сушит. Миллер не перегружает спектакль символами, но ровно интегрирует предметы в повествование, позволяя им раскрывать сюжет.
Отдельного внимания заслуживает забор. Он становится центральной декорацией постановки: то открывается, превращаясь в портал между домами, то служит столом для посиделок. Это и народная отсылка к «на заборе тоже написано», и напоминание о том, что все важное происходит рядом, на виду, в общем пространстве. Именно на этом заборе появляется трогательная надпись мелом «К + Н = любовь» — наивный, почти детский жест, который становится главной линией истории.
Когда все за одним столом
Кульминация спектакля — сцена всеобщего застолья. Все герои за столом — поют, выпивают, говорят тосты. И происходит то, за чем стоит идти в театр: зритель перестает быть зрителем. Артисты выходят в зал, приглашают на медленный танец, предлагают сказать тост за Колю. Зритель не просто смотрит, а участвует: смеется над тостом Филиппа Макарыча, подпевает, чувствуя себя частью этой шумной компании.
Режиссер мастерски управляет эмоциями: когда все уже распелись, звучит задорная «Ойся, ты ойся», и зал охватывает чувство единения. Но следом, без перехода, наступает драматическая сцена между Колей и его возлюбленной Наташей. Только что звучал смех — и вдруг тишина, рваные реплики, недосказанность. Миллер не дает задержаться на одной эмоции, заставляя проживать и веселье, и боль почти одновременно.
Голос постановки
Способность переключать зрителя между весельем и драмой рождается не из режиссерского расчета. За ней стоит личный опыт Владислава Миллера. Он родился в 1999‑м, когда первая версия «Звездного часа по местному времени» с успехом шла на сцене. 1990-е он застал ребенком в маленьком городе Тверской области. «Нулевые в провинции почти не отличались от девяностых, — говорит режиссер. — Все социальные типы окружали меня с детства. Я знаю, что такое провинциальная любовь, как радуются за ближнего».
Поэтому Владислав Миллер сознательно уходит от криминальной эстетики: «Мы хотели рассказать не о разрухе, а о теплоте и любви того времени». И добавляет: «Спектакль по‑настоящему рождается только после встречи со зрителем». Это значит, что окончательный смысл возникает лишь тогда, когда зал включается в действие: подпевает, танцует, смеется, переживает. Возможно, именно в этом — ключевое отличие от версии 1992 года, тогда спектакль строился иначе, а четвертая стена (условная граница между сценой и зрительным залом, которую в классическом театре не принято пересекать) была куда прочнее.
Исполнитель главной роли Егор Манаков вспоминает: «Когда я узнал, что мне предстоит сыграть роль, которую исполнял Евгений Миронов, я посмотрел его работу, взялся за голову и просто не знал, что делать». Но на репетициях художественный руководитель театра Владимир Машков подсказал Егору: «Иди через свою природу, через широту и чувственность». Егор Манаков последовал совету и нашел своего Колю — не стремительного, как у Евгения Миронова, а мягкого, почти уязвимого. Его обман рождается не из хитрости, а из желания быть нужным. «Надо не бояться мечтать, не бояться любить, жить, не бояться своих поступков, но отдавать отчет в том, что ты говоришь» — так сам артист формулирует главную мысль своего персонажа.
Каждый из актеров нашел в своем герое что‑то очень личное. Игорь Петров, исполнитель роли Филиппа Макарыча, признается: «Я сразу Владу сказал, что очень хочу сыграть именно этого персонажа. Потому что хорошо помню тот спектакль 1992 года. Помню то невероятное счастье, что я это видел. Мне там всё нравилось, все роли были мастерские. Но почему‑то больше всего запомнился именно Филипп Макарыч, которого играл Александр Александров». У Игоря Петрова с этим героем оказалась личная связь: в детстве по соседству с ним жил фотокорреспондент местной газеты, который учил мальчика делать снимки и звал к себе обедать. «У меня был похожий референс для спектакля, — вспоминает актер. — Я тогда, как молодой человек, не всегда понимал, о чем говорит мой сосед-фотограф. Но сейчас все больше осознаю». Этот детский опыт помог Петрову найти в персонаже не наигранную мудрость, а спокойную человеческую достоверность.
Когда «Звездный час по местному времени» завершен
Спектакль начинается с того, как Коля несет букет гортензий Наташе. Этот нежный, почти детский жест задает тон, а когда после финала постановки зрители выходят во двор театра, то те же цветы на клумбе уже не кажутся просто частью ландшафта. Они становятся напоминанием о трогательной истории, соавтором которой зрители только что стали.
Спектакль покажут 19 и 27 сентября, 11 и 25 октября. Билеты можно купить в сервисе «Мосбилет».
Узнавайте о спектаклях, концертах, выставках и других интересных мероприятиях в официальных каналах «Мосбилета» в «Макс» и «Телеграм».
Примите к сведению; Эта информация является необработанным контентом, полученным непосредственно от источника информации. Она представляет собой точный отчет о том, что утверждает источник, и не обязательно отражает позицию MIL-OSI или ее клиентов.